JAZZ, ART-ROCK И ДРУГАЯ ХОРОШАЯ МУЗЫКА
/ Hawkwind - 10 Марта 2013

Hawkwind

Добавил санди 10.03.2013 в 09:57

История Hawkwind началась в 1968 году, когда Дэйв Брок, 27-летний уличный музыкант из Фелтэма, графство Мидлсекс, вернулся из Амстердама, где, начиная с 1967 года, возглавлял (по его же определению) «акустический психоделический flower-power-бэнд» под названием Doctor Brock’s Famous Cure, в составе которого играл также гитарист Мик Слэттери ( Mick Slattery). По возвращении в Лондон Famous Cure дали здесь несколько концертов (одно из выступлений было совместным с The Deviants — группой, явившейся предтечей Pink Fairies) и в начале 1968 года распались. Брок вернулся к уличному творчеству, которым и зарабатывал на жизнь вплоть до начала 1970 года.  

К концу 1968 года, уже знакомый с ранним творчеством Джими Хендрикса, Pink Floyd и Kingdom Come Артура Брауна, Брок принял решение из акустики перейти в электричество.

В музыкальном магазине Боба Керра (в прошлом — участника The Temperance Seven, в будущем — фронтмена Whoopee Band) был подвал, где Брок и его друг Мик Слэттери  (Mick Slattery) импровизировали на гитарах. Вскоре к ним присоединился Джон Харрисон (John Harrison)  (в недавнем прошлом — бас-гитарист, выступавший с оркестром Джо Лосса).     

По объявлению в журнале Melody Maker был найден барабанщик-самоучка, 17-летний Терри Оллис ( Terry Ollis). Ещё в Голландии Брок и Слэттери познакомились с Ником Тёрнером (Nik Turner  ) , участником Mobile Freakout, группы, нередко гастролировавшей вместе с их ансамблем. Вернувшись из Амстердама в Лондон в 1968 году, Тёрнер заехал к Дэйву Броку в Патни, а позже, после очередной встречи с гитаристом у стен клуба Marquee, где тот музицировал (7 лет спустя оба они в офисе над тем же клубом подпишут контракт с Charisma), был приглашён в штат, потому лишь, что имел собственный автофургон. «А потом на одной из репетиций я расчехлил свой старый сакс, и всем это, похоже, понравилось… Нам хотелось создавать нечто настоящее, стремления к успеху не было. Амбиции у нас отсутствовали вообще», — вспоминал Тёрнер.

Последним участником группы стал 25-летний клавишник-электронщик Дик Мик ( Dik Mik, настоящее имя — Майкл Дэвис), старый знакомый Брока и один из местных наркодилеров, с которыми Тёрнер наладил контакты, когда (по собственному выражению) «продавал психоделические постеры на пляже в Маргейте». Поначалу Дик Мик был всего лишь резервным водителем автофургона, но затем (по выражению Брока) «втёрся» в состав, продемонстрировав изобретение — нечто, называвшееся «аудиогенератором» и якобы изготовленное из пылесоса (в действительности, как позже выяснилось, устройство являлось реконструированным модулятором). «Он ставил его на старый карточный стол и начинал производить им невероятные звуки. Эффект это создавало потрясающий — если, конечно, все были под кайфом», — вспоминал Брок.

Первое же выступление группы 29 августа 1969 года (музыканты вышли на сцену под наспех придуманным названием Group X), состоявшееся в зале All Saints Hall на Портобелло-роуд в Ноттинг-хилле, было замечено — только потому, что среди зрителей оказался Джон Пил. Не имея заранее подготовленного материала, Group X исполнили 20-минутный джэм на тему песни The Byrds «Eight Miles High» под общим заголовком «The Sunshine Special». Дуг Смит, 25-летний руководитель агентства Clearwater, организовавшего концерт, вспоминал: …Два фунта шесть шиллингов за вход, никакого алкоголя, только апельсиновый сок и сэндвичи. Вдруг вваливаются эти — ну полнейшие фрики и говорят: мы — группа: можно сыграть?.. На сцене они учинили полнейшее безумие. Потом Джон Пил говорит мне: Дуглас, подпиши их. Они поднимутся высоко. Мы подумали: хммм… тогда стоит поторопиться!  «Это была музыка в широком понимании этого слова: авангардная электроника, ну и …хаос. Несколько базовых аккордов, к которым предполагалось время от времени возвращаться, — чего, впрочем, никто не делал. Собственно песен как таковых мы не исполняли», — говорил Брок о первых композициях своего коллектива.  

Hawkwind подогрели к себе интерес «альтернативной» общественности, когда — на собственном автобусе (известным как «Жёлтая бородавка») прибыли без приглашения на фестиваль Isle of Wight и с 26 по 30 августа выступали под надувным тентом снаружи, перед оградой — бесплатно. Акция Hawkwind была направлена против завышенных цен на билеты; в конечном итоге — в самый последний день фестиваля — ограждения были сняты, а всё мероприятие объявлено бесплатным, что позволило группе всё-таки выступить на общей сцене. Вскоре, в результате подобных выступлений ребята из Hawkwind подружились с музыкантами из Pink Faires. В результате чего начались их совместные выступления.  «Они действительно дополняли друг друга. Одни были некомпетентной гитарной группой, другие — некомпетентной психоделической группой. Обе выходили на сцену и сообща создавали чудовищный шум, после чего все страшно радовались, что никто не вызвал полицию и нас не арестовали», — вспоминал Мик Фаррен, один из первых «менторов» группы, лидер незадолго до этого распавшихся The Deviants, сотрудничавший с анархистским изданием International Times. Вскоре Hawkwind стали называть «народной…» и «последней истинно андеграундной группой» Великобритании.

В этот момент Hawkwind впервые проявили, по словам М. Уолла, ставшую впоследствии почти легендарной безалаберность. Едва на горизонте забрезжил свет успеха, Слэттери покинул состав просто потому, что, по словам Брока, «ему всё это надоело». Гитарист отправился в Ирландию странствовать с цыганским табором. Далее, команду покинул целый ряд участников, описать эту ситуацию можно цитатой из журнала Record Mirror писал: «В каком-то смысле Hawkwind — это группа бывших рабочих сцены. Во всяком случае, Нику Тёрнеру, Дик-Мику и Делу Деттмару профессия грузчика хорошо знакома». Это был некий намёк на непрофессионализм. Сколь болезненными бы ни казались все эти потери, они, по выражению М. Уолла, «открыли в группу дверь капитанам». После выступления Hawkwind на Glastonbury Fayre в Сомерсете (руку к организации этого «выхода в свет» приложил недавний басист Кримбл) группой заинтересовался уже знаменитый к тому времени автор романов в жанре фэнтези Майкл Муркок, также живший в Лэдброк-гроув. Он начал помогать Hawkwind в организации концертов и написании текстов; более того, всё чаще стал выходить к микрофону. Затем Тёрнер привлёк к сотрудничеству дизайнера и художника Барни Бабблса, который помог группе разработать новый имидж, заново оформил декорации и оборудование, а также внёс свой вклад в разработку концепции и оформление нескольких следующих релизов. Начал сотрудничать с Hawkwind и «световой гуру» Джонатан Смитон ( Jonathan Smeaton), специалист по жидкостным слайдам, более известный под псевдонимом Liquid Len.

Возможно, самым важным приобретением стал Роберт Калверт: многосторонний литератор и артист, страдавший тяжёлой формой маниакальной депрессии. «Едва только <Калверт> заинтересовался возможностью участия, мы тут же его пригласили. Потому что у него были великолепные <литературные> идеи: как научно-фантастические, так и связанные с состояниями сознания, внутренним, и внешним», — рассказывал Тёрнер, хорошо знавший Калверта. Именно Калверт всё то, что Hawkwind спонтанно создавали на сцене, сформулировал как литературно-философскую концепцию — в 22-страничном буклете «Hawkwind Log», подготовленном им к выходу второго альбома, In Search Of Space. «Hawkwind Log», малопонятное, по словам Уолла, хиппиозное повествование в духе Берроуза, оформленное как бортовой журнал космического корабля, было насыщено научно-фантастическим и наркотическим жаргоном и красочно проиллюстрировано Барни Бабблсом. «Если Майкл Муркок был типичным гуру от научной фантастики, к которому <участники группы> естественным образом почувствовали притяжение, то Калверт являл собой нечто иное. Он больше был похож на Апдайка. Писал рассказы куда более реальные, но с элементами литературы ужаса, которые происходили от состояния его собственной психики», — вспоминал менеджер Дуг Смит.

Наконец, в группу пришла Стася ( Stacia Blake урождённая Стефани Лич), 22-летняя ирландка ростом под 190 см, с «фигурой статуи», чьё впечатляющее раскрашенное тело сюрреалистически контрастировало с (исключительно мужской по своему настрою) вакханалией звуков и образов на сцене. «Мы играли концерт в Эксетере. Она пришла и спросила, нельзя ли ей станцевать, мы сказали — можно, и тогда она вдруг догола разделась! На следующий вечер она явилась на наш концерт в Редруте, снова поднялась на сцену и станцевала! В общем, мы решили её оставить» , — так вспоминал о начале их сотрудничества Дэйв Брок. 

В 1971 году группа приступила к работе над вторым альбомом In Search of Space, который записывался в Olympic Studios в Барнсе «Безжалостное звучание безграничного космоса… <Его создатели — > пилоты космического корабля по имени Земля, эксперты по астральным путешествиям, которым знакомы все пути в бездну… Но берегитесь: если вы летите с Hawkwind, обратного пути нет!», — с такими словам обращались к слушателям в пресс-релизе In Search of Space участники группы. «Здесь много электронных звуковых эффектов, студийных трюков; много перкуссии, но больше всего — повторов: сыграл фразу — повтори её быстрее… Самое ненормальное состоит в том, что у Hawkwind такое срабатывает. Они не просто экспериментируют, но делают это с большим знанием дела», — писал Джон Мортланд в журнале Creem от 1 ноября 1971 года. «Шумовой электро-саксофонный замес имеет странное сходство с теми взрывными вставками посреди композиций, которые чуть позже продемонстрировали ранние Roxy Music, чей специалист-электронщик Брайан Ино, как и Дик Мик, проживал в лондонском Лэдброк-гроув», — замечает Дж. Грин (Trouser Press).



В августе 1971 года Андерсон, у которого не сложились отношения с музыкантами группы покинул состав. Вернувшийся Дик Мик составил с Деттмаром клавишный тандем. Это возвращение косвенно предопределило поворотный пункт в истории группы: именно Дик Мик привёл на замену Андерсону своего друга Лемми ( Lemmy, наст. имя — Иэн Килмистер), в прошлом — рабочего сцены у Джими Хендрикса, в середине 1960-х годов возглавлявшего в Блэкпуле собственный ансамбль Rocking Vicars, а кроме того, игравшего в психоделических группах Opal Butterfly и Sam Gopal. Лемми, с одной стороны, неприятно поразил всех своей неуправляемостью, с другой — оказал решающее влияние на развитие стиля группы: будучи в прошлом гитаристом, он играл на басу, как на ритм-гитаре, тем самым взвинчивая общий драйв. Это была настоящая «головная боль» — удерживать диковатого басиста в дисциплинарных рамках, заставлять его являться на концерты и играть там, как следует. Но усилия окупались, едва только Лемми выходил на сцену, потому что он приносил с собой настоящую энергетическую бурю — как в звуке, так и в образе. — Брайан Таун, «The Approved History of Hawkwind»              

Перемены в составе привели к радикальному изменению звучания группы. Hawkwind, сохраняя верность блюз-роковой психоделии, последовательно наращивали и ужесточали ритмичность, а традиционные вокальные партии вытесняли песнопениями ритуального характера, в совокупности со световыми эффектами оказывавшими на аудиторию явно выраженное гипнотическое воздействие. Группа экспериментировала также с инфра- и ультразвуком: эти электронные пассажи не были слышны, но предполагалось, что они оказывают на сознание присутствующих некий магический эффект. Целью Hawkwind, как писал Б. Таун, было «…атаковать максимум человеческих чувств… Вы приходили на концерт, оттуда вас потом выносили, и вы не могли понять, что с вами произошло». «Наша цель — создавать <не просто музыку, но музыкальную> среду, которая затрагивала бы и использовала все человеческие эмоции. Мы хотим, чтобы люди ловили кайф не от кислоты, а от концерта. Мы и сами репетируем под стробом», — рассказывал Тёрнер в интервью Melody Maker.    

1972 год начинался крайне трудно. Заболел Калверт, из-за чего группа оказалась на грани распада.  В мае месяце у группы украли фургон с музыкальным оборудованием на сумму 10 тысяч фунтов  В июле коллектив попал в авиакатастрофу в которой никто не пострадал только по счастливой случайности. Кроме всего этого с радиостанции пришлось снять раскрутку сингла «Urban Guerrilla», по причине террористических актов ИРА в Лондоне. Но в этот же самый год произошло событие, которое можно считать поворотным моментом в истории группы. Был записан сингл "Silver Machine”, который благодаря раскрутке дошёл до вершин британских чартов.      




Неожиданный коммерческий успех позволил Hawkwind собрать достаточно средств для проведения Space Ritual Tour, в ходе которого публике был представлен материал третьего (к тому времени ещё не выпущенного) альбома Doremi Fasol Latido. В концертах группы приняли участие вторая танцовщица, мисс Рене, а также артист-мим Тони Криэр. Слайд-шоу для сценического шоу разработал художник Дэвид Харди.   Далее последовали запись двух крайне успешных  альбомов  Hall Of The Mountain Grill и  Warrior on the Edge Of Time, которые в купе с американским турне принесди группе всемирную славу.    Между тем, успех «Silver Machine» ознаменовал поворотный пункт в истории Hawkwind. «Все вдруг стали слишком серьёзны», — позже сетовал Брок.      

К апрелю 1974 года Hawkwind уже выступали хедлайнерами перед 7-тысячными аудиториями в Америке. В числе зрителей были замечены Элис Купер и Стиви Уандер. В Сан-Франциско в гости к себе домой их пригласила Джоанна Лири, жена Тимоти Лири, находившегося в тот момент за решёткой. Она утверждала, что Лири считал Hawkwind «самой возвышенной группой на планете». Во время благотворительного концерта в поддержку Лири в Калифорнийском университете на сцене была установлена телефонная связь с тюремной камерой, и Лири обратился к зрителям с речью, что вызвало панику у полиции. В сентябре 1974 года в Хаммонде, штат Индиана, власти арестовали всё оборудование Hawkwind. Выяснилось, что за последними со времён последних гастролей числился налоговый долг в размере 8000 долларов. Наличных у группы не было, и ей пришлось вернуться в Англию налегке. В октябре, после того как недоразумение было улажено, Hawkwind вернулись в США и дали отменённые концерты. В результате таможенного конфликта на канадской границе места в составе  лишился Lemmy.  Состав с Лемми, хоть и прекратил своё существование в реальности, позже был возрождён в художественном пространстве: от лица участников группы Hawklords (с «бароном Броком» во главе) велось повествование в трилогии, созданной Муркоком в соавторстве с Майклом Баттеруортом. Увольнение Лемми в конечном итоге оказалось для группы роковы́м. «Это был волшебный ансамбль. Стоило только извлечь из его механизма один элемент, как всё развалилось. И этим элементом оказался не Калверт, а Лемми», — говорил менеджер Смит. «Они могли бы стать новыми Grateful Dead, если бы сохранили единство, но произошёл раскол, в результате которого где-то году к 1979-му Лемми уже куда больше значил для рок-музыки, чем Брок и всё то, что вокруг него вертелось», — утверждал Мик Фаррен.    



Контракт с Charisma. Осенью 1975 года Hawkwind выступили хедлайнерами на Редингском фестивале. Это был последний концерт с группой мастера слайд-эффектов Джонатана Смитона (Liquid Len). На следующий день покинула группу и Стася: она вышла замуж за Роя Дайка из Ashton Gardner & Dyke, и впоследствии оба переехали в Германию. Hawkwind же немедленно отправились на другой фестиваль в Уотчфилде, где выступили бесплатно, причём вчетвером сыграли «за семерых», произведя сильное впечатление не только на зрителей, но и на представителей музыкальной прессы. После  этого Муркок образовал собственную группу Deep Fix. Hawkwind подписали новый контракт с Charisma Records; Дуглас Смит покинул пост менеджера, и его место занял Тони Ховард. Однако, как утверждал, в частности, сотрудничавший с группой фотограф М. Флауэрс, новый менеджмент «был занят скорее попытками изменить стиль группы, нежели заботой о сохранении её индивидуальности». К этому времени, согласно Allmusic, шансы Hawkwind на прорыв за океаном упали окончательно: там уже появились Kansas и Blue Öyster Cult, две группы, которые соединили базис «пролетарского рока» с элементами прогрессив «как раз в необходимой для массового успеха пропорции». Кроме того, как считает Дж. Грин, «Hawkwind к этому времени полностью реализовали себя в качестве первопроходцев; нельзя сказать, что последующие альбомы были слабыми, просто они уже не отличались особой оригинальностью, и группа с ними всего лишь продолжала движение по накатанной колее».    

Но Брок не был удовлетворён текущим положением дел и решил изменить курс. Он временно распустил группу и занялся проектом, основы которого были заложены ещё в 1976 году, когда Hawkwind выступали с группой из Девона под названием The Ark. Двое участников её состава — басист Харви Бэйнбридж и ударник Мартин Гриффин — были теперь приглашены в новую группу, Sonic Assassins.  Как пишет Б. Таун, проект, задумывавшийся как разовый, оказал долгосрочное влияние на историю группы и, возможно, в чём-то оказался для неё спасительным. Название Sonic Assassins было знакомо старой гвардии Hawkwind-фэнов и читателей Frendz: под таким заголовком в 1972 году Муркок и Джим Хоторн опубликовали короткую серию комиксов о рок-группе The Sonic Assassins (под которой легко угадывались Hawkwind). Однако широкую публику трансформация ввела в замешательство, так что после ухода Гриффина и прихода клавишника Стива Свинделлза, игравшего до этого в String Driven Thing и Pilot и заменившего Хэйлза, состав переименовался в Hawklords. Новое название также имело литературную подоплёку: в 1976 году вышла книга «The Time Of The Hawklords», написанная Майклом Баттеруортом по мотивам романа Муркока и рассказывавшая о подвигах рок-группы, музыкой спасавшей мир.          

В октябре 1978 года вышел альбом 25 Years On  записанный группой на передвижной студии. В текстах, как отмечает Дж. Грин, он был поверхностно футуристическим, в музыке — нёс нововолновые мотивы. Отмечая первый трек «Death Trap» (как «определённо панковский в своих устремлениях»), рецензент Allmusic Д. Томпсон замечает: «группа не только прекрасно понимала, но и впитывала энергию новой волны; лишь некоторая неловкость в отношениях с хиппиозным сообществом помешала ей занять вместе с Stooges, New York Dolls и Velvet Underground место в пантеоне крестных отцов панк-рока». Дэйв Брок, впрочем, считал этот альбом слишком вялым («Armchair Hawkwind» — «кресельные Хоуквинд»: так говорил он о пластинке впоследствии). Сценическое шоу также отличалось от прежних: буйство света уступило место полумраку, антиутопические сюжеты и образы составляли мрачную картину мира, превратившегося в одну большую фабрику и функционирующего под неусыпным оком Большого брата.   В начале 1979 года группа отправилась в студию, чтобы записать второй альбом Hawklords; в США были изданы постеры к очередному синглу «Shot Down In The Night», но этим релизам не суждено было осуществиться. Зато вышел около года пролежавший на полке PXR5.  Сюда вошли ранее не издававшиеся записи 1977—1978 годов и три концертных трека; в двух вещах Брок играл на ударных. В те же дни появился Repeat Performance — сборник Charisma, имевший, по мнению Дж. Грина, лишь один существенный пробел: в нём отсутствовал трек «Hassan I Sahba», наилучшим образом характеризовавший стиль Hawkwind обозреваемого периода. ,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,






Стиль группы и отзывы прессы


Принято считать, что в целом музыкальная пресса относилась к Hawkwind негативно, однако первые отзывы критиков на появление группы были в основном сдержанно-одобрительными, в некоторых случаях — восторженными. «…Тому, кто слышит их впервые, в первую очередь приходит на ум сравнение с Pink Floyd. Сходство действительно есть… но никого не копируют: их музыка уникальна», — писала газета Leamington Spa Morning News 20 сентября 1970 года в статье «More Winners For Liberty». Джон Мортланд в журнале Creem (от 1 ноября 1971 года) аналогию с Pink Floyd проводил уже в пользу Hawkwind: «Повторяемость <риффов> и острота ритма действительно создают ощущение чего-то, явившегося из-за пределов этого мира. Кроме того, здесь нет ни намёка на претенциозность, как это часто бывает у Pink Floyd, единственной группы, сравнение с которой навскидку приходит на ум».

Прослеживая эволюцию ранних Hawkwind, Брайан Таун писал: «Начиная с 1971 года стиль группы стал меняться: она продолжала играть продолжительные инструментальные композиции, обрамлённые вокальными партиями, но всё больший упор делала на мощные ритмы и песнопения, характера почти ритуального. Такая повторяемость в совокупности с мощным световым шоу производила на аудиторию гипнотический эффект: его усиливало то обстоятельство, что большинство зрителей, как и сами музыканты, находилась в полной наркотической отключке». «Не так уж много групп умело сочетают рок с электроникой; похоже, Hawkwind делают это лучше других», — отмечал в рецензии на сингл «Hurry On Sundown» обозреватель Sussex Express (25 сентября 1970 года).

Рецензент The Derbyshire Times в статье о дебютном альбоме от 18 сентября 1970 года упоминал использование группой аудиогенератора, который «…смешивает звуки всех инструментов, на которых играют музыканты», но подчёркивает: «Вопреки ожиданиям результат не являет собой какофонию: это в высшей степени оригинальные и увлекательные звуковые структуры».

Брюс Эдер (Allmusic) так характеризует музыкальный стиль Hawkwind в годы их творческого расцвета: Каждый почитатель научной фантастики с хорошей памятью должен помнить романы Майкла Муркока 70-х годов в мягком переплёте, персонажами которых были колдуны и мускулистые воины, вооружённые гигантскими мечами, на фоне жутковатых пейзажей, земных и звёздных. Достаточно взять эту образность, добавить терминологию и имена, заимствованные судя по всему из марвеловских комиксов того времени («The Watcher», и др.), а также научных статей о физике элементарных частиц, перевести всё это язык оглушительного, но выразительного хард-рока — и вы получите более или менее полное представление о том, что такое Hawkwind.

Обозреватель Record Mirror (от 8 января 1972 года) предлагал двойное определение кредо Hawkwind: это «поиск космического сознания» и попытка «найти для научной фантастики музыкальные средства выражения». Журнал, кроме того, замечал: «Если и есть группа, которой суждено совершить в 1972 году прорыв, то это Hawkwind» (предсказание сбылось, несмотря на то, что весной того года группа оказалась на грани распада). Корреспондент журнала делал упор на футуристическом начале в творчестве группы: «Они неортодоксальны до такой степени, что могут считаться уникальными. Их масштабные произведения свободны от заготовленных формулировок. И поскольку они уже зрят пред собой зарю следующего века, 1972-й для них — не более, чем очередной год прошлого, застрявшего в настоящем… улавливаете идею?»

В дальнейшем отношение к Hawkwind стало меняться; в статьях о группе всё чаще стал упоминаться термин «60’s revival». «Что-то есть раздражающе консервативное в том засиженном мухами сгустке 67-го, который предлагает группа. Может быть, из-за своей softcore-фантастики они так застряли в этом временно́м провале?…»— писал в NME (о концерте в Блэкберне) 1 января 1974 года Боб Эдмундс. Реакция еженедельника Sounds на ранних Hawkwind была осторожно-скептической. Так, Саймон Орелл в рецензии на концерт от 6 января 1973 года признался, что так и не смог понять, «что за идею символизирует толстая леди, прыгающая по сцене с хлыстом». Согласившись, что «за световые эффекты <группа> заслуживает медали», он, однако, не пришёл в восторг от стробоскопа, который заставил его не только «вспомнить об аспирине», но и покинуть концерт, не дожидаясь финала. Если Орелл в той же статье подчёркивал, что группа, обращаясь к исключительно молодой аудитории, и шоу создаёт по-своему детское, то год спустя Sounds в рецензии на The Space Ritual (точная дата публикации неизвестна) напротив, определил концертные записи группы как «рок-н-ролльный эквивалент сериала 'Star Trek' — только без Доктора Спока: те же жаргон, атмосфера, технология, логика — вещи по-своему интересные, но требующие вовлечённости» и потому, по мнению рецензента, неспособные глубоко затронуть стороннего наблюдателя.




Впоследствии появились предположения, что Hawkwind потому не нашли поддержки у современной им музыкальной критики, что опередили своё время, создав гибрид психоделии и панк-рока, более характерный для инди-рока 1980-х годов. «Прото-панк-гитара Дэйва Брока, начинённый амфетаминами бас Лемми, поддерживаемый дуэтом барабанщиков… Punkadelia — лучшее определение этому не подберёшь», — говорится в статье на Punk77. Лишь к концу XX века музыкальные критики нового поколения, рассматривая идеи группы и их влияние на развитие рок-музыки, в основном заговорили о Hawkwind первой половины 1970-х годов в восторженных тонах.

1 комментария

санди Спам
17.03.2013 в 20:10 | материал - Ответить
Очень приятно. Спасибо!

Оставить комментарий

Подписка:1
Код *: